Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Обратная связь

Все поля обязательны для заполнения

Обзор

Палаты бояр Романовых на Варварке стоят на крутом склоне, незаметном с улицы, но хорошо видном из внутреннего дворика. Это небольшое здание совсем недавно было подавлено огромным параллелепипедом гостиницы «Россия», а теперь вдруг вышло на простор, даже получило собственный вид на Москву-реку. За свою долгую жизнь палаты много испытали: каменный подвал богатой городской усадьбы превратился в одно из строений Старого Государева двора, потом — в монашеские кельи, монастырский офис, жилье грузинского митрополита Афанасия, торгово-складские площади, сдающиеся в аренду, «Дом бояр Романовых» и даже Музей старого русского быта на улице Степана Разина. Сегодня главная ценность этого здания в том, что оно относится к «доцарскому» периоду истории Романовых. И хотя подлинно боярско-романовского в реконструированных и воссозданных палатах очень немного, их историческое значение велико: это здание, да еще усыпальница Новоспасского монастыря — вот и все объекты в России, напрямую связанные с царскими предками.

Основой для нынешнего музея стал уже упомянутый белокаменный подвал дома, выстроенного в конце XV века неподалеку от Кремля. До боярина Никиты Романовича Захарьина-Юрьева им владел другой человек — несомненно, богатый и знатный, но неизвестный по имени. Нас же интересует Никита Романович — сын окольничьего Романа, давшего имя династии, брат царевны Анастасии, первой жены Ивана Грозного, и дед будущего царя Михаила Федоровича. Однако здание, которое мы видим сейчас, выросло на три века позже, уже после 1856 года, когда на основе древнего строения — подвала с возведенным над ним монастырским корпусом — решили создать музей. Палаты воссоздавали постепенно, в соответствии с тогдашними представлениями о том, каким было или должно было быть материальное прошлое знатного рода, занявшего трон Московского государства.

Получилась уютная усадебка, как с картинки: терем, островерхий шатер над высоким крыльцом, гордые грифоны на гербах, во дворе — сирень и клумбы, внутри — всяческое узорочье. Парчовые ткани на стенах, расписные сводчатые потолки, резная деревянная мебель — в общем, по-боярски жили бояре Романовы. Есть и кабинет, и трапезная, и женская половина, и комната старших сыновей, внизу — кладовая с казной и оружием. Это, конечно, реконструкция, но все вещи либо древние, либо воссозданные по старинным образцам и документам. Временные рамки экспозиции гораздо шире того периода, когда здесь обитали Михаил Федорович или его дед: охвачен и XVI, и весь XVII век, в конце которого в московском боярском доме уже вполне могли оказаться телескоп с астролябией.

Современные сотрудники Палат гордятся и тем, что смогли в точности воссоздать парчовые ткани в духе русской старины, которыми первые устроители музея украсили стены в 1859 году. Это тоже история, ничуть не менее интересная, чем реконструкция боярских хором — старый музей, в отличие от них, без сомнений можно считать подлинным.

Что ценнее: скупая история или эффектная реконструкция — вопрос давний. Уже при Александре II, когда появился музей, прошлое предпочитали решительно воссоздавать. Сразу стали уверенно говорить о том, что именно в этом доме 12 июля 1596 года у боярина Федора Никитича Романова родился сын Миша. Правда, было доподлинно известно, что два этажа над древним подвалом надстроил в 1674 году Знаменский монастырь, получивший заброшенный двор от перебравшихся в Кремль Романовых, а третий этаж и крыльцо в его нынешнем виде — и вовсе абсолютный «новодел»: их соорудил с нуля архитектор-реставратор Федор Рихтер в 1858–57 годах. Насчет рождения Михаила Федоровича — факт неповеряемый: и романовский двор в XVI столетии был побольше, чем сейчас, и палаты на нем стояли не одни. Однако хоть раз, да забежать в дедовский старинный подвал Михаил Федорович в детстве наверняка мог. Так что в этой точке подлинное и реконструкция соединяются.

Кроме воссозданного «быта», в Палатах есть небольшой подземный музей. Вот в нем выставлены самые подлинные раритеты XII–XVI веков, происходящие именно с этого пятачка Зарядья — трофеи завершенных здесь к 1991 году раскопок. Срубы, глиняная посуда, игрушки, гончарный горн — эти вещи выглядят не так выразительно, как боярская усадьба на современной московской улице, зато несомненно связаны с кем-то из реальных стародавних жителей этой самой улицы. Сами Романовы, их слуги или их знакомые касались этих предметов — несомненный факт.

Местные особенности

Стоимость посещения

Стоимость входных билетов:

Взрослые — 200 руб.
Студенты, пенсионеры — 70 руб.

Экскурсионное обслуживание оплачивается отдельно.

История

Грифоны в качестве личной эмблемы дома Романовых украшают фасады музея с момента его возникновения. В послереволюционное время они исчезли и вернулись лишь в 2009 году. Герб бояр Романовых тоже был утвержден незадолго до учреждения музея, лишь в 1856 году. За основу для него взяли описание хранившегося когда-то в Оружейной палате прапора — военного флага боярина Никиты Ивановича, последнего из «нецарской» ветви Романовых, умершего в 1654 году. Описание колоритно: «Прапор середина тафта белая, вшит гриф тафта желтая, с мечом, в левой лапе держит клеимо, повыше клейма писан орлик черный…»

Откуда же взялся этот романовский грифон? По предположению специалистов-геральдиков, эмблему присвоил себе сам хозяин палат, боярин Никита Романович Захарьин-Юрьев. В 1575 году, участвуя в Ливонской войне, он занял город Пернов (нынешний Пярну в Эстонии), где потом сидел в качестве воеводы. На тогдашних монетах Пернова красовались именно такие грифоны.

Rambler's Top100