Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Обратная связь

Все поля обязательны для заполнения

Обзор

Тверская область напоминает Россию в миниатюре. В том смысле, что есть большая столица и есть все остальное, которое выживает как умеет. Тут — Тверь с ее почти полумиллионным населением, срединная точка на маршруте Москва — Петербург, имеющая доступ к благам и к работе в обеих столицах. Вокруг — маленькие города, осколки славного прошлого, почти смирившиеся с эпитетом «медвежий угол». Сегодня невозможно поверить, что в 1980-е Тверская область занимала 2-е место в России (после Краснодарского края!) по количеству отдыхающих — и по путевкам, и «дикарями».

Все безусловные достоинства Тверской области обладают каким-либо изъяном. Например, область не страдает от транспортной изолированности — по ней проходит Октябрьская железная дорога, связывающая Питер и Москву, с большим количеством ответвлений — но это неожиданно сделало область транзитным, а не конечным направлением. Развита сеть автодорог — но поездку по местным дорогам еще Пушкин считал чуть ли не наказанием за грехи: «Не знаю, кто из нас, Иван или я, согрешил перед выездом, но путешествие наше было неблагополучно. <…> Рытвины и местами деревянная мостовая совершенно измучили. Целые шесть дней тащился я по несносной дороге и приехал в Петербург полумертвый».

При этом Пушкин мог бы стать «локомотивом» местного туризма, здесь с 1970-х существует круговой маршрут «Пушкинское кольцо Верхневолжья» — но кто о нем с советских времен слышал? Большинство великолепных дворянских усадеб, которые не раз посещал Александр Сергеевич, пребывают в умопомрачительно плохом состоянии. Относительно благоденствуют пушкинские музеи в Берново и в Торжке, отреставрирована реплика петербургской Чесменской церкви в селе Красное, Тверской государственный объединенный музей начал реставрацию усадьбы Ртищевых в Старом Глинкино, но Грузины и Митино, где находятся творения «русского Леонардо», великого архитектора Николая Львова, гостям показывать страшно. Величественный Борисоглебский монастырь в Торжке, тоже творение Львова, страдает вялотекущей реставрацией. В Старице на московские деньги воскрес из руин Успенский монастырь, а на остальные храмы и особняки города без слез не взглянешь. И это только «пушкинские места»!

Богатейшее архитектурное и культурное наследие Тверской губернии стало обузой — кажется, никто толком не представляет, что с ним делать. Здесь можно выбрать всего один район и мотаться по ухабам от одного дворянского гнезда, затерянного в густых лесах, к другому, пытаясь представить былое великолепие дворцов, построенных по проектам знаменитейших Николая Львова, Карла Росси, Бартоломео Растрелли, Петра Никитина, Матвея Казакова. Сегодня эти усадьбы роднит только одно: разруха. Многое было уничтожено во время войны, но родовое имение Львова, Никольское-Черенчицы, выжило тогда и умирает сейчас. Усадьба-музей «Василёво», памятник федерального значения, этнографический музей, куда свезли шедевры деревянного зодчества со всей Тверской области, разрушается на глазах. Деревянные строения гниют, у некоторых обвалилась крыша. Стоит только фантастический валунный мост Львова — не потому, что о нем заботятся, а потому что архитектор был гением и строил на века.

Зато поклонникам Пушкина покажут могилу Анны Керн на погосте Прутня (на самом деле это кенотаф) или расскажут о котлетах на фоне гостиницы Пожарских в Торжке (которая на самом деле не сохранилась).

При этом почти в любом городке области можно найти подлинную историческую достопримечательность. Взять хотя бы Красный холм — даже по тверским меркам это глушь в квадрате (он расположен между Бежецком и Весьегонском), однако здесь запросто обнаруживаются Антониев монастырь XV века, торговые ряды XIX века и храмы XVIII–XIX веков. В соседней Ярославской области такого набора с лихвой бы хватило, чтобы «прописать» город в очередной расширенный вариант «Золотого кольца».

Тверская область, кажется, оставила все попытки перетянуть туристов у «конкурентов» — соседних областей, весьма активно продвигающих свои туристические достоинства. На востоке это Ярославская область, на юге — Московская и Смоленская, на западе — Псковская, на севере — Новгородская и Вологодская. Для своего уникального туристического образа Тверская область выбрала не развалины истории, а природу — вернее, действительно уникальный факт, превращенный в девиз «Здесь рождается Волга!». Рождается Волга в Осташковском районе, недалеко от знаменитого озера Селигер. Но вот добраться до гидрологического памятника русской духовности можно только на личном энтузиазме.

Помимо Волги, по территории области протекают Западная Двина и Тверца, но они здесь «маленькие», пригодны скорее для сплавов, чем для речных круизов. Поэтому наибольшей популярностью у туристов пользуются не реки, а водоемы. Селигер и Иваньковское водохранилище (Московское море) — вне конкуренции. Частные базы отдыха и пафосные отели, яхтинг и прочая водная активность — на выходные сюда любят приезжать весьма состоятельные люди, известные под собирательным прозвищем «москвичи». Рыбалка на Селигере или поход под парусом по Московскому морю в районе Завидово (там, где резиденция президента) считаются хорошим тоном. Рыбинское водохранилище, вернее, его «тверская» часть, — менее популярно, хотя более привлекательно с точки зрения экологии. Главный город «тверского» побережья Рыбинки — Весьегонск.

Впрочем, для простых людей по Тверской области проложены автобусные экскурсионные маршруты. Связывают они, как правило, Торжок, Осташков, Старицу, Калязин, Торопец и Вышний Волочёк. Исторический облик этих городов считается наиболее показательным, если брать за основу плотность церквей и особняков на квадратный километр. Тверь, конечно, тоже фигурирует в этих маршрутах, но все более как транзитный пункт — город сильно пострадал во время войны, послевоенные и последние годы тоже не прибавили целостности. Старинных достопримечательностей здесь мало, основные — Императорский Путевой дворец, церковь Белая Троица XVI века, Христорождественский монастырь, набережная Степана Разина, несколько старинных особняков, в числе которых гостиница Гальяни (в которой, конечно, останавливался Пушкин).

Местные особенности

В Тверской области расположены обширные торфяники и болота. Летом, как следствие, — опасные лесные пожары и комары. Пожары год на год не приходятся, а комары ежегодны. Если соберетесь на природу или в поездку по усадьбам, обязательно запаситесь репеллентами.

В Тверской области впервые в России стали устраивать грибные туры — так много здесь этого добра (а также клюквы, брусники, черники и других ягод). Практически во всех деревнях вдоль дорог летом и осенью местные жители продают автомобилистам грибы, ягоды, яблоки, мед и все, что собрали с огорода. Особенно красиво эта народная торговля выглядит осенью, когда деревенские продают ярко-оранжевые тыквы.

Во всех деревнях на подъезде к Московскому морю продают рыбу, якобы там же и выловленную, о чем сообщают картонные объявления и вывески на домах. Особенно умиляет в перечне «местной» рыбы семга. Покупая у местных дары Московского моря, будьте внимательны.

В Тверской области любят открывать оригинальные музеи. Например, в Бежецке есть музей малины, а в деревне Гадово — музей гадов.

Транспортные особенности

Автомобилисты, путешествующие между двумя столицами, дружно ненавидят Торжок и Вышний Волочёк за то, что там вечно образуются пробки, мешающие быстрому движению по федеральной трассе.

Кое-где в Тверской области сохранились узкоколейки, дачники ездят на свои огороды в старых электричках — несколько маленьких вагонов и допотопный локомотив.

Что привезти из Тверской области

Помимо уже перечисленных даров природы, в Ниловой пустыни на Селигере можно купить мед — у монастыря есть своя пасека, в церковной лавке продается освященный мед.

В Торжке находится единственная в России школа золотного шитья и золотошвейная фабрика. Работы златошвеек можно приобрести в сувенирных лавках и в музее фабрики.

Итальянская сыроваренная ферма в селе Медное в последние годы стала очень популярным туристическим направлением. Здесь можно приобрести сыры «европейского качества», от мягких сливочных до твердых вроде пармезана.

История

Верховья Волги и окружающие ее лесистые равнины с озерами были заселены людьми после того, как отступили ледники, создавшие здешний рельеф. Это произошло всего лишь 10 000 лет назад. Земли и климат здесь не слишком заманчивы, но обилие зверя и рыбы, а также луга в долинах рек, позволявшие пасти скот, делали эти места вполне привлекательными.

Во времена, о которых уже можно судить определенно, на землях будущей Твери, как и повсюду от Перми до Эстонии, жили народы, говоривших на языках финской группы. Их отзвуки сохранились в названиях типа Селигер, или Серегерь — так озеро называлось в летописях. Позже с запада начали переселяться разные группы балтов. Все важнейшие реки Восточноевропейской равнины — Волга, Днепр, Двина — берут начало в этом регионе, и пересечение путей приводило сюда все новые племена. Перед появлением древнерусского государства на севере будущей Тверской области жили словене, на востоке — весь и меря, то есть «среднерусские финны», а с запада по Волге двигались кривичи — народ, образовавшийся в верховьях Двины и Днепра при участии славян и тех же балтов. Кривичи оставили на волжских берегах немало своих длинных курганов. Из этой смеси языков и культур и сложилось население Тверского княжества.

Впрочем, и княжество, и сама Тверь возникли позже, когда суздальским князьям понадобилось укрепить свои границы. Город занял жизненно важную для Северо-Восточной Руси точку — через него проходил главный путь в Великий Новгород. Тот, кто владел Тверью, всегда мог перекрыть подвоз хлеба новгородцам и поставить вольный город на колени. До крайностей, впрочем, доходило редко. Интересы торгового Новгорода защищал ранее построенный на том же пути Новый Торг — будущий Торжок. Новгородцам принадлежала и другая обширная волость в регионе — Бежецкий Верх, нынешний Бежецк.

До монгольского нашествия Тверью правили наместники, и лишь в середине XIII века в ней появился собственный князь — судя по всему, это был сам Александр Невский. Затем город перешел к его брату, Ярославу. Ярослав сыграл немалую роль и в истории Москвы: его малолетний племянник — первый московский князь Даниил, сын Александра Невского — остался сиротой после смерти отца, и тверской дядя воспитал мальчика, защищая его княжество. Когда между Москвой и Тверью началась борьба за власть над Русью, тверичи напоминали об этом неблагодарным москвичам.

Московско-тверской спор длиной 180 лет — эпопея, в которой было все: войны и кровавые битвы, интриги и героизм, святость и предательство. Тверской князь Михаил Ярославич построил в Твери Спасский собор — первый каменный храм после монгольского нашествия. Он же стал первым, кого назвали «великим князем всея Руси». В 1317 году в Бортеневской битве Михаил не побоялся выступить против объединенного московско-татарского войска. Но его погубил московский князь Юрий, жена которого, сестра хана Кончака, попала в тверской плен и умерла. Юрий использовал это, чтобы обвинить Михаила перед татарами, и тверской князь был казнен. Его смерть оплакивала вся Русь, повесть о его гибели переписывалась в сотнях списков, а церковь признала его святость. Сын Михаила Дмитрий Грозные Очи позже ценой собственной жизни отомстил за смерть отца, зарубив Юрия Московского прямо в ханской ставке.

Впрочем, битвы и походы продолжались, чередуясь с поездками князей в Орду. Сначала Тверь боролась за лидерство в объединении Руси, потом старалась хотя бы не допустить лидерства Москвы и наконец — лишь защищала свою независимость. В XV веке ей это удавалось достаточно успешно, хотя ситуация уже изменилась, вместо многочисленных княжеств Тверь оказалась зажата между двумя мощными силами — Москвой и Литвой. Но тверская дипломатия тонко балансировала между ними. Да и тверские купцы, из которых мы знаем только о самом неудачливом — о добравшемся до Индии, но разорившемся Афанасии Никитине, — своим талантом и энергией немало зарабатывали для себя и для Твери, торгуя с Востоком и Западом. Денег с избытком хватало на войско, крепости и пушки, да и искусствоведы не зря говорят о культурном расцвете княжества в это время. Строилось множество храмов, появлялись новые города, писались иконы и книги. Тверские монеты с быком, лучником и с птичкой звенели в кошельках по всей Руси. Свои деньги чеканили и уделы Тверского княжества — Кашин, Городен, Микулин.

Но время Твери клонилось к закату. После падения Новгорода она была окружена вражескими кордонами. И в Торжке, и в Бежецке теперь сидели московские воеводы, как и во Ржеве. Попытки опереться на Литву были уже бесполезны: в 1485 году рати со всей Руси пришли под стены тверского кремля. Московские пушки оказались сильнее тверских — надеяться было не на что. Бояре решили сдать город, и преданный ими князь Михаил Борисович бежал. Он закончил свои дни в 1505 году в имении Лососинное на территории нынешней Белоруссии. Том самом, где чуть позже, кстати говоря, родилась мать Ивана Грозного — Елена Глинская.

«Князь Борисовичь Михайло — играл в дуду, бежал в Литву» — меланхолично отметил тверской летописец. А золотое время Твери навсегда осталось позади. В XVI веке расцветает Старица, ставшая удельной столицей Андрея, брата московского князя, а затем и его сына Владимира. Впрочем, правление обоих старицких князей всякий раз завершалось арестами, а город Иван Грозный в конце концов забрал в опричнину. Опричное войско, шедшее на Новгород, разорило по пути и тверские земли, а содержавшегося в Отроче монастыре опального митрополита Филиппа, по легенде, задушил сам Малюта Скуратов. Довершил тверские беды еще и разгулявшийся голод.

Следующее разорение тверичи пережили во время Смуты, когда на тверские землях побывали и запорожцы Лжедмитрия, и бившиеся против них шведские наемники Скопина-Шуйского. Знаменитый рейд Лисовского 1615 года прошел через Ржев и Торжок, мимо Твери и Кашина  — «поляки» из смоленских и белорусских земель, а также запорожские и донские казаки вместе с примкнувшими к славному пану русскими разграбили все, что попалось им на пути. Сильно досталось тверской округе и при походе на Москву польского королевича Владислава в 1617 году. Один из крупнейших и богатейших городов Руси оказался в полном запустении.

Но постепенно деревни ожили, а волжская торговля помогала купцам восстановить свои обороты. В 1701 году вместо существовавшего на протяжении всей тверской истории перевоза через Волгу Петр I построил наплавной мост. Тверь вновь стала важнейшим пунктом на пути — теперь уже в новую столицу Российской империи, в Петербург. Не только Радищев уделил ей внимание в своем «Путешествии…» — в Твери регулярно останавливались все российские государи и государыни. Пожар 1763 года полностью разрушил столицу края, и при Екатерине весь городской центр был построен заново по единому плану. В 1796 году была образована Тверская губерния. И хотя Тверь, как и все, что находилось вдоль тракта на Петербург, постоянно попадалась на глаза начальству, в отдалении от города оставалось немало глухих углов, сохранившихся и поныне.

В 1851 году через тверскую землю прошла Николаевская железная дорога, связавшая столицы Российской империи. Это лишь утвердило Тверь в ее извечной роли остановки на стратегически важном пути. Собственное значение города было уже невелико.

Тверская губерния просуществовала до 1929 года, а в 1935 году вместо нее появилась Калининская область. В 1937 году на Волге построили крупное Иваньковское водохранилище — так называемое Московское море.

Осенью 1941 года часть Тверской области оккупировали немецкие войска, но уже в декабре Тверь была отбита и стала первым освобожденным советским областным центром. Куда трагичнее военная история Ржева — под именем Ржевской битвы скрыты целых четыре советских наступательных операции, и лишь последняя из них оказалась удачной. Всего под Ржевом погибло около миллиона наших солдат. На западе области произошла и танковая битва под Карманово, гораздо менее известная, чем Прохоровка на Курской дуге. В ней участвовало полторы тысячи танков с обеих сторон.

В 1990 году Калининская область вновь стала Тверской.

Rambler's Top100