Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Обратная связь

Все поля обязательны для заполнения

Новозыбков: город на фоне радиации

Новозыбков, Брянская область. 180 км от Чернобыля и 1 км от зоны, непригодной для проживания людей.

«…Экспозиционная доза гамма-излучения в контрольных точках по городу Брянску составила 12 мкР\час, по городу Новозыбкову — 36 мкР\час. В МЧС отметили, что такой уровень является нормальным для данных территорий» — из сводки новостей 2010 года.

Чернобыль и Фукусима. Между ними — четверть века без крупных аварий на АЭС. В России успело вырасти целое поколение, не помнящее страха перед радиацией. Но мы едем в город, который ничего не забыл. Новозыбков, Брянская область. 180 км от Чернобыля и 1 км от зоны, непригодной для проживания людей. Здесь ничего не забыли. Просто привыкли...

Утро в уездном городе Н.

Новозыбков, вокзал, 7 утра.
- Не боялись сюда ехать?
Первый вопрос нашего новозыбковского провожатого, Виктора Кирьянова. Мы в ответ демонстрируем взятый напрокат дозиметр. Наш показывает 11 микрорентген/час. Норма — до 20. Внутренне успокаиваемся.

- Наш Новозыбков — это Зона, — продолжает Кирьянов, когда мы садимся в машину и трогаемся с места. Запугивание приезжих здесь явно стало частью ритуала встречи, и мы подключаемся: какая именно? Как в «Сталкере» Тарковского? Виктор с готовностью объясняет разницу между кинематографическим образом и местными реалиями «зонирования»: в Брянской области больше 200 населенных пунктов — Новозыбков самый крупный из них — входят в «зону отселения» по классификации, составленной после аварии на ЧАЭС. В такой зоне плотность загрязнения почв цезием, стронцием или плутонием высокая, но жить можно. В отличие от «зоны отчуждения», где жить запрещено: в Брянской области таких зон четыре, и одна из них начинается всего в 1 км на запад от Новозыбкова.

«Игра в запугивание» переросла в серьезный разговор, и мы уже ощущаем себя несколько неуютно. Дело не в страхе — показания дозиметра по-прежнему в пределах нормы. Мы едем по улицам Новозыбкова, пытаясь представить, что довелось пережить этому городку. В столь ранний час он кажется вымершим.

Из-за угла выруливает лупоглазый автобус с габаритами и грацией броневика. Из его окон на нас смотрят немногочисленные заспанные пассажиры.

- Видели такие в Москве? — гордо спрашивает Виктор. Признаемся, что видели, но давненько. Автобусы ЛИАЗ — оригинальная достопримечательность Новозыбкова. Местный автобусный парк не обновлялся, пожалуй, с 70-х годов XX века.

Мягкое утреннее солнце обещает погожий день. На улицах появляются прохожие и велосипедисты. Образ тихого уездного городка возрождается на глазах: для полной идиллии не хватает разве что весенней зелени.

Деревянные домики, хотя и не самые древние на вид, напоминают о корнях города — слободе Зыбкой, основанной старообрядцами в XVII веке. Разноцветными свечами устремляются в небо колокольни четырех действующих храмов Новозыбкова. Два из них — деревянный Спасо-Преображенский собор и Никольско-Рождественская церковь — принадлежит старообрядцам.

В начале ХХ века Новозыбковский уезд был крупнейшим в Российской империи производителем спичек. Часть богатства, заработанного и скопленного на этой «мелочи», сохранилась, воплотившись в необычную историческую застройку. Домики, выкрашенные в яркие цвета и затейливо украшенные, выглядят почти сказочными.

Но главным новозыбковским шедевром единодушно признается «Дом Осипова», что на Коммунистической улице. Дом (особняк? маленький дворец?) 1898 года постройки в отсутствие заботливого хозяина чудом избежал гибели. Недавно его подлатали снаружи, но как обстоят дела с интерьером, мы узнать не успели. Владимир Кирьянов увез нас в городскую администрацию, на встречу с мэром Новозыбкова.

Мэр-ликвидатор

Привычно удивившись контрасту между дореволюционными архитектурными шедеврами и незатейливостью «кирпича» административного здания советской эпохи, мы прошли в кабинет мэра, Михаила Ивановича Милачёва.

Не дожидаясь вопроса о невидимой радиационной угрозе, Михаил Милачев предложил измерить фон у него в кабинете. Измерили — меньше 10 микрорентген. Опять норма.

- Однажды ко мне приехал человек из Москвы и спросил: «Михаил Иванович, сколько времени можно у вас тут безопасно пробыть? И надо ли менять ботинки после посещения Новозыбкова?». Я ему: «Ты что, шутишь? В городе ситуация с фоном нормальная, практически такая же, как в Москве», — сообщил мэр и через паузу продолжил: — Другое дело за городом, в полях и лесах, где работы по снижению фона не проводились. Гулять там не рекомендуется. И очень опасно есть собранные в лесах грибы и ягоды. Не надо и овощи на рынке покупать — не факт, что они прошли предварительную проверку на радиацию...

25 лет назад Михаил Милачев принимал участие в ликвидации последствий чернобыльской аварии в Новозыбкове. По сей день, согласно закону, все жители «зоны отселения» получают ежемесячные выплаты. В сумме выходит около 1000 рублей на человека. Ликвидаторам полагается дополнительная тысяча.

- Конечно, проживание на загрязненной территории оказывает свое воздействие на организм, — признает новозыбковский мэр. — У нас несколько повышены показатели по раковым заболеваниям. Как правило, это люди, пережившие аварию. Что касается молодых, по ним аналогичной статистики я не видел. Многие стараются уехать, это правда, но у других просто нет такой возможности. Мои дети живут в близлежащем Гомеле, и очень неохотно привозят внуков ко мне в гости. И все-таки, повторюсь, причин для паники нет.

Мэр Милачев делится с нами планами на будущее. Впрочем, основная задача городских властей последние 25 лет одна и та же: сделать город окончательно безопасным и привлекательным как для местных жителей, так и для туристов. И главное препятствие на этом пути тоже мало изменилось за четверть века: финансирование.

- Мы хотим, чтобы все увидели: Новозыбков — это не какое-то страшное и опасное место, а нормальный город, где есть все условия для жизни, работы и туризма. У нас ведь есть, что посмотреть — четыре церкви, дореволюционные памятники архитектуры, речка Ипуть, где водятся лещи, песчаные пляжи... Была идея проложить экстремальные туристические маршруты. Но на большинство этих проектов сейчас практически нет средств, — печалится Михаил Милачев.

Особенности новозыбковской медицины

- Вот статистика по раковым заболеваниям щитовидной железы в Новозыбкове за последние 20 лет, — говорит заместитель главного врача городской поликлиники Сергей Егуренков и кладет перед нами разлинованный лист бумаги. Медицинская статистика явно не разделяет оптимизм мэра Милачева: с 1990 по 2010 год количество ежегодно выявляемых раковых заболеваний возросло почти в семь раз.

«До 1986 года, то есть до аварии, это были единичные случаи, в последнее же время ежегодно регистрируется 10-13 случаев заболеваний щитовидной железы. Показатели заболеваемости в Новозыбкове превышают и областные, и общероссийские. Растет число онкологических заболеваний, и находят их чаще у детей, чем у взрослых», — докладывает Егуренков страшную новозыбковскую статистику.

Но признает, что по части здравоохранения государство соблюдает свои обязательства перед жителями «зоны отселения»: «Мы здесь находимся под постоянным медицинским наблюдением. Поэтому выявляемость болезней на ранних стадиях у нас тоже очень высокая. Ежегодно проводится специальная диспансеризация, которая включает в себя всестороннее обследование. Каждый житель Новозыбкова может обследоваться в любой момент, многие делают это несколько раз в год. Рак щитовидной железы — оперируемый недуг, значительный процент больных успешно от него избавляется».

Но если официальная точка зрения соответствует действительности, и чтобы избежать рака, достаточно всего лишь реже бывать за городом и не употреблять продукты с рынка, то почему люди заболевают все чаще? Ведь радиационный фон в самом Новозыбкове, по словам мэра и по показаниям нашего дозиметра, не превышает допустимую норму.

Врач новозыбковской поликлиники поясняет: «Во-первых, причина заболеваний может заключаться не только в радиации, а в совокупности факторов, определяющих здоровье конкретного человека. В том числе, что немаловажно, его наследственность. Во-вторых, люди просто устали задумываться над каждым своим шагом. Это очень тяжело психологически — контролировать каждое свое движение. Поэтому люди просто живут сегодняшним днем, стараясь не думать об опасности».

Екатерина Быкова, глава информационного чернобыльского центра «Радимичи» согласна с Сергеем Егуренковым. По ее словам, многие жители города считают, что в их организме скопилось столько радиации, что от лишнего килограмма лисичек с рынка хуже не будет. «Наш главный враг — равнодушие, к собственной жизни в том числе», — говорит она с грустью.

Екатерина и ее коллеги по общественной организации «Радимичи — детям Чернобыля» (радимичи.рф), к категории «привыкших» и «равнодушных» не относятся. С 1987 года они помогают детям, пострадавшим в результате Чернобыльской аварии. Волонтеры фонда бесплатно работают с мальчиками и девочками с ограниченными возможностями, вывозят своих подопечных в летние лагеря в экологически чистых зонах Брянской области. При поддержке немецких врачей организовали Центр обследования щитовидной железы — прийти туда могут и дети, и взрослые.

К массажистам «Радимичей», работающим по особой методике, съезжаются родители с детьми со всей России. Нам разрешили понаблюдать за работой специалистов Центра с малышом, которого мама привезла в Новозыбков из Орла.

- Я здесь уже во второй раз. В городской больнице нам ничем не смогли помочь, а тут результат виден сразу. Поэтому мы и вернулись сюда опять, — рассказала женщина.

Президент организации Андрей Будаев с гордостью показывает кабинеты двухэтажного здания центра. Позже, в ожидании встречи с основателем «Радимичей», Павлом Вдовиченко, мы решили заполнить образовавшуюся паузу обедом в городе.

Обыденность

- Да что ж такое, — возмущается Виктор Кирьянов, наш гид, когда все столики в уже пятом по счету кафе вновь оказываются забронированными. — То ли свадьбы у всех, то ли поминки. Первый раз такое наблюдаю!

Наш последний шанс пообедать — кафе «Пельменное» на городском рынке. Но и здесь, как назло, на всех столиках табличка «Забронировано». Но Виктор перекинулся с буфетчицей парой слов, и мы таки получили свою еду. Обед из четырех блюд обошелся в 100 рублей на человека. Радиационный фон котлет и картошки, согласно дозиметру, составлял 20 микрорентген/час.

- Часто у вас поминают кого-нибудь? — осторожно спросили мы у официантки.
- Да постоянно, — ничуть не смутившись, сообщила она.

Район № 116

Везти нас в 116-й микрорайон Новозыбкова Виктор Кирьянов не хотел: «На машине туда не проехать, да и на что там смотреть?». Но нам нужно было своими глазами увидеть «район-призрак» — там строили дома для беженцев из чернобыльской «зоны отчуждения». Да так и не достроили.

Безжизненные бетонные каркасы мы осмотрели издали: по полю ни на машине, ни пешком до них не добраться, топкая грязь и жидковатая почва грозят засосать по колено. Историю «района-призрака» мы уже знали по рассказу мэра Милачева: «В первое время, когда мы только стали «зоной отселения», городу были выданы значительные средства на социальную застройку. В дома, расположенные в 116-м квартале, проведены инженерные коммуникации, некоторые из них завершены на 80%. Но вскоре средства прекратили поступать так же резко, как и начали. Все было заброшено, и сейчас эти дома даже разбирать невыгодно — плиты, из которых они сложены, непригодны для дальнейшего строительства».

Главный «Радимич»

- Кто вам сказал, что в городе нормальный фон? — спросил основатель «Радимичей» Павел Вдовиченко, когда мы наконец встретились. Не дожидаясь нашего ответа, к разговору подключился Кирилл, юный волонтер «Радимичей».

- Я буквально на днях разговаривал с врачом санэпидемстанции. Он сказал, что ситуация благополучная — средний фон по Новозыбкову 20 микрорентген в час. Но в городской черте есть районы с повышенной радиацией. Я делал замеры в восточной части Новозыбкова — там, где раньше находился маслозавод. Цезий в хвое деревьев превышал норму почти в два раза. Это связано с тем, что чернобыльское облако осело в Новозыбкове неравномерно. И подобных сюрпризов может быть немало.

- Вот-вот, — подхватывает Вдовиченко. — Наш город «пятнистый». Я уверен в безопасности здания нашего Центра, на его территории сняли 20 сантиметров грунта и потом положили новый. Таким образом, мы снизили локальную дозу радиации до минимума. Но уже в соседнем огороде, скажем, может быть превышение нормы. Отсюда и рост числа раковых заболеваний при якобы нормальном фоне.

Пережить лето в Новозыбкове — что сыграть в «русскую рулетку». Если загорятся окрестные зараженные радиацией леса, последствия страшно даже представить.

- Нельзя закрывать глаза на радиацию! — настаивает основатель «Радимичей». — Многие считают, что раз прошло 25 лет, то опасность миновала, или во избежание паники замалчивают эту тему. Но ведь опасность только снизилась, но не исчезла полностью!

События на японской АЭС Фукусима-1 всколыхнули по всему миру полузабытые воспоминания о Чернобыле и «невидимой смерти». А сами японцы в первую очередь вспомнили о людях, способных помочь своими знаниями и опытом: в апреле Павлу предстоит поездка в Страну Восходящего солнца, переживающую собственное большое горе...

- Японцы молодцы, что пытаются аккумулировать подобный опыт, в том числе и чернобыльский. Я тоже считаю, что наш печальный, но очень ценный опыт нельзя не использовать для общего блага. Масштабные техногенные катастрофы, как выяснилось, случаются не так уж редко, — заключает Вдовиченко.

Но в чем Павел полностью согласен с мэром Милачевым — это в необходимости развития туризма в Новозыбкове. Мэр и глава новозыбковских волонтеров знают, о чем говорят, когда предупреждают будущих туристов: «Не покупайте продукты с местных огородов и не жарьте шашлыки в здешних лесах, и все будет в порядке». Коллеги из Германии уже двадцать лет приезжают к «Радимичам» в гости без последствий для здоровья.

Связанные места

в путеводителе

Rambler's Top100