Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Обратная связь

Все поля обязательны для заполнения

Дом Либмана – самое сладкое место Одессы

На углу Садовой и Преображенской стоит величественный, хоть и изрядно потрепанный временем, дом. С его крыши на город горько взирают античные богини. Когда-то они смотрели на то, как съезжаются к парадному входу сливки одесского бомонда. Здесь до революции располагалась самая модная в городе кафе-кондитерская. Воздушными пирожными и ароматным шоколадом угощал посетителей хозяин элитарного заведения – папаша Либман.

На углу Садовой и Преображенской стоит величественный, хоть и изрядно потрепанный временем, дом. С его крыши на город горько взирают античные богини. Когда-то они смотрели на то, как съезжаются к парадному входу сливки одесского бомонда. Здесь до революции располагалась самая модная в городе кафе-кондитерская. Воздушными пирожными и ароматным шоколадом угощал посетителей хозяин элитарного заведения — папаша Либман.

Один из самых необычных и красивых домов Одессы сейчас находится в плачевном состоянии. Античные девы с грустью смотрят на южный город с разрушающейся крыши. Люди, которые еще остались в этом доме, живут как на иголках. 29 декабря 2009 года в доме Либмана случился сильный пожар. Возгорание было локализовано, но внутренние интерьеры пострадали. И не только они. Памятуя о том, что за два месяца до этого горел соседний памятник архитектуры — дом Руссова, о совпадениях говорить сложно. Местные жители твердо уверены в том, что исторические здания просто хотят уничтожить, чтобы освободилось место в престижном районе города. И так как по закону это сделать нельзя, находятся такие вот жестокие методы.

Несмотря на все перипетии судьбы, дом Либмана сохранил свой шик. И пускай его сильно исказило время. Если не брать в расчет то, что внутри дом — это куча коммунальных квартир, натыканных в советское время, то несложно представить, что когда-то дом Либмана был одним из самых модных мест Одессы. Но обо всем по порядку.

Либман имел самую сладкую профессию в мире — он был кондитером. Своему взлету он обязан кропотливому труду, и, конечно, сдобному печенью

На углу Садовой и Преображенской, где стоит дом Либмана, раньше располагалась гауптвахта. Прослужившее почти семьдесят лет управление военного коменданта упразднили, и «казенный дом» постепенно начал приходить в упадок. Да и само здание за несколько десятилетий заметно обветшало. Долго шли споры, что же делать со старой гауптвахтой, и вот в 1888 году у нее появляется новый хозяин — Бернград Эрнестович Либман, который покупает здание «под снос».

К тому времени Либман был уже достаточно известным человеком в Одессе. Потомственный немец имел самую сладкую профессию в мире — он был кондитером. И причем превосходным. Своему взлету он обязан кропотливому труду, и, конечно, сдобному печенью. С 1867 года Либман заведовал кондитерским магазином Дурьяна, который располагался в доме Авчинникова на Александровском проспекте. Любовь одесситов к сладкому помогла ему за два десятилетия сколотить приличное состояние. И кондитер с размахом осуществил мечту своей жизни — построить шикарный дом и открыть в нем собственную пекарню и кондитерскую.

Воплотить честолюбивые замыслы Либмана взялся выдающийся архитектор Эдуард Яковлевич Меснер, который много лет подряд строил элегантные здания по всей Одессе. Среди его творений и доходные, и жилые дома, и, конечно же, пекарни. Именно поэтому «папаша Либман», как его прозвали впоследствии, выбрал именно Меснера. При участии архитектора Альфреда Ниеса и инженера Игната Моргулиса дом был выстроен в рекордно короткий срок — с 1888 по 1889 год. И получился он действительно бесподобным, и даже нарочито шикарным: смесь модерна, необарокко, неороманского стиля и неоренессанса.

Но не внешним великолепием был примечателен дом Либмана. Если бы этот кондитер жил в наше время, то, без сомнения, он бы скупал все новинки техники. Ведь его кафе-кондитерская и пекарня стали хитом именно благодаря передовому техническому оснащению. Булки, пирожные, торты и эклеры отошли на второй план, когда помещение кафе осветили не привычные керосиновые лампы, а электрические бра и люстры. В то время лишь несколько заведений могли похвастаться таким «писком моды». Восхищал посетителей и вход в здание, по обеим сторонам которого стояли два роскошных фонаря в виде женских фигур. Обстановка внутри тоже не оставляла равнодушной взыскательную публику: изящные залы, интерьер в стиле парижских кофеен, эксклюзивная в то время застекленная веранда, где можно было любоваться Соборной площадью не такими уж и холодными зимними вечерами.

Дом Либмана, роскошный, помпезный, перестал быть местом встреч одесского бомонда. Верхние этажи, включая мансарды, были поделены на коммуналки

Модной точкой на карте Одессы кафе-кондитерская Либмана стала практически сразу. Аристократическая и студенческая молодежь по достоинству оценила продвинутую обстановку и обслуживание. Но чаще здесь собирались даже не для того, чтобы выпить чашку шоколада и отведать свежий кекс, а для игры на бильярде. Дело в том, что Либман и тут поступил очень умно: понимая, что расположенные в общем зале бильярдные столы создают неудобства и для игроков, и для остальных посетителей, он оборудовал специальные изолированные кабинеты. Внутреннее убранство там было шикарным, а обстановка приватности привлекала сюда элитарную публику. Среди тех, кто захаживал к папаше Либману на кофе, были Иван Бунин, Александр Куприн, Валентин Катаев и многие другие представители российской литературы и искусства. Облюбовал дом Либмана не только бомонд, но и …птицы. Особняк стал местом паломничества пернатых. Возможно, из-за того, что дом сравнительно высокий (пять этажей) и богато украшен декоративными элементами — лепниной, скульптурами и вазами.

Стоит отметить, что и Либман, и его сыновья на своих конфетах хорошо заработали. Их состоянию даже Первая мировая война не нанесла существенного ущерба. Хотя она непосредственным образом отразилась на семействе кондитеров. Согласно постановлению генерал-губернатора, австрийские и германские подданные подлежали аресту. Некоторое время в тюрьме пришлось провести и братьям Либман, которые сохранили германское подданство. Но самое суровое испытание пришло с Октябрьской революцией.

Естественно, Либманы потеряли все. Их дом, роскошный, помпезный, перестал быть местом встреч одесского бомонда. Верхние этажи, включая мансарды, были поделены на коммуналки. На нижнем уровне размещались различные советские учреждения. До войны здесь была Центральная сберегательная касса, в годы оккупации  — румынское издательство «Букул», в 50-х — крупнейший букинистический магазин Облкнигторга.

Свой блеск дом Либмана постепенно терял, и к началу 2000-х пришел в аварийное состояние. Сейчас он отчаянно требует реконструкции. Особенно после пожаров 2009 года. Городские власти, естественно, делают громкие заявления, обещая привести памятник архитектуры в должный вид, но пока дело с мертвой точки не сдвинулось. И вид дома, бывшего когда-то самым сладким местом Одессы, отзывается болью в сердце. А о состоянии его ближайшего соседа — дома Руссова, вообще говорить не приходится. Годы, халатность, вандализм и сильный пожар в октябре 2009 года сделали свое черное дело — при взгляде на внутреннее убранство дома возникает ощущение, что по нему прошел дикий ураган, превративший шедевр архитектуры в руины. Сейчас ведутся работы по расчистке завалов и укреплению уцелевших конструкций фасада здания. Устанавливают временную крышу. Но когда работы закончатся, и помогут ли они спасти дом Руссова — пока неизвестно.

Rambler's Top100