Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Обратная связь

Все поля обязательны для заполнения

Дом-улей распахнул двери

После долгих тяжб и разбирательств знаменитый дом Мельникова открылся для экскурсантов. Гостей знакомят с архитектурными особенностями памятника, показывают фирменные шестиугольные окна, спальню с венецианской штукатуркой и раскладную «сороконожку», за которой собиралась семья всемирно известного зодчего.

Этот дом именуют «иконой конструктивизма» и по значимости для русской культуры сравнивают с Кижами и собором Василия Блаженного. В 1927 году гениальный зодчий Константин Мельников спроектировал «восьмерку» из врезанных друг в друга цилиндров, создав в центре Москвы пространство, подобного которому не было в мире. Дом, построенный без несущих опор и балочных перекрытий, пережил взрыв фугасной бомбы, был восстановлен после войны и вошел во все учебники по архитектуре. За простоту и экономичность его стали назвать «дом-улей».

Дом Мельникова. Фото: Игорь Стомахин/Strana.ru. Strana.Ru
Дом Мельникова. Фото: Игорь Стомахин/Strana.ru

До недавнего времени шедевр, опередивший время, можно было увидеть лишь с двух точек. Со стороны Кривоарбатского переулка сквозь ветки деревьев и прутья ограды с табличкой «Осторожно — злая собака» просматривался фрагмент огромного остекленного фасада. Чтобы осмотреть часть здания, выходящую во двор, нужно было свернуть в одну из подворотен, вскарабкаться на ящик и, по-воровски, заглянуть за забор. Перед глазами возникала круглая башня, похожая на шахматную ладью с орнаментом окон, напоминающих пчелиные соты. О том, чтобы увидеть знаменитые интерьеры, не приходилось мечтать — людей с улицы в дом не пускали. Хозяева приглашали иностранных дипломатов, знаменитых архитекторов, актеров и музыкантов. Побывав здесь, кинорежиссер Микеланджело Антониони написал в книге отзывов: «Этот дом как плод архитектуры будущего — прекрасен. Он нуждается в реставрации и консервации как музей».

Заболевший шедевр

Последние годы «дом-улей» был объектом муторной тяжбы со взаимными упреками, сменой дверных замков, подлогом документов, разрывом отношений между близкими родственниками. Причина скандала — разногласия, заложенные в завещании художника Виктора Мельникова, сына архитектора Константина Мельникова. В 2002 году Виктор Константинович отписал дом Российскому государству на следующих условиях: во-первых, правительство РФ учреждает Государственный музей отца и сына Мельниковых; во-вторых, все имущество переходит в федеральную собственность; в-третьих, в доме сохраняется мемориальная обстановка; в-четвертых, экскурсии проводятся только организованными группами; в-пятых, для хранения произведений выделяется отдельное помещение. Исполнителем завещания Мельников назначил старшую дочку — Екатерину Каринскую. Младшая дочь — Елена Мельникова — в завещании не упоминалась.

По закону, пока дом целиком не принадлежал государству, создать музей было невозможно. А по завещанию Виктора Мельникова нужно было сначала создать музей и только после этого передавать дом. Возникла тупиковая ситуация. В 2006 году после смерти отца Екатерина Викторовна вместе с мужем поселилась в доме и стала распоряжаться им как своей собственностью. Пока тянулись суды и велись споры о долях наследства, душеприказчица оплачивала счета, делала генеральную уборку, сбрасывала снег с крыши. Ни музейщиков, ни младшую сестру Каринская в дом не пускала. Она сомневалась в том, что государство создаст правильный в ее понимании музей и на этом основании отказывалась освободить помещение. Между тем произведение великого архитектора ветшало, гнило и разваливалось.

Спальная комната в Доме Мельникова. Фото: Игорь Стомахин/Strana.ru. Strana.Ru
Спальная комната в Доме Мельникова. Фото: Игорь Стомахин/Strana.ru

Дом оказался в списке ста памятников мировой культуры, которым грозит исчезновение. Еще несколько лет — и шедевр рассыпался бы сам по себе. «Дом Мельникова я бы сравнил с пожилым человеком, которому требуется диагностика из-за проблем со здоровьем, — говорит директор музея Павел Кузнецов. — Памятник культуры активно эксплуатировался как жилое помещение и пережил серьезную нагрузку. Мы обнаружили много пыли, грязи, паутины. Требуется углубленное обследование всех конструкций, особенно подземной части, на предмет опасностей и рисков, которые влекут за собой возможные карстовые пустоты. Следующий слой проблем — очевидные трещины снаружи и внутри. Есть дефекты, которые скрыты от невооруженного глаза. Я имею в виду состояние конструкций. На них повлияли окрестные стройки, изменившие геологию Арбата. Нам не нужны лишние операции. Лечение будет соответствовать строгому рецепту, ведь нельзя глотать подряд все таблетки, которые есть в аптеке».

Две стороны одного конфликта

В августе 2014 года случилось то, что потом бурно обсуждали в блогах и соцсетях. Часть дома явочным порядком заняли представители ЧОП и перестали открывать дверь кому-либо, кроме внучки Константина Мельникова. Внучка заняла глухую оборону. К ней не пускали врачей и адвокатов, а продукты она принимала через забор. В один из октябрьских вечеров Каринская вышла покурить во двор. Охранники вынесли на улицу теплые вещи и закрыли дверь за ее спиной. Интернет взорвался от возмущения.

Бюст Аристотеля в прихожей Дома Мельникова. Фото: Игорь Стомахин/Strana.ru. Strana.Ru
Бюст Аристотеля в прихожей Дома Мельникова. Фото: Игорь Стомахин/Strana.ru

Елизавета Лихачева, заместитель директора музея Мельниковых, высказывает свое мнение о том, насколько верным с моральной точки зрения было решение о выдворении Екатерины Викторовны. «Поверьте, — говорит Елизавета Станиславовна, — все эти разговоры про бедную старушку — чушь собачья. Никто никого на улицу не выкинул. У нее есть где жить. Вы нас поймите. Мы — музей. А тут сплелись в клубок старые семейные дрязги, амбиции, обиды. От дома отваливается штукатурка, нам говорят: что вы не чините-то? Мы приходим ремонтировать, а она говорит: я вас не пущу. Если дом разрушается, виноваты мы. Но при этом влиять на ситуацию не можем. Бред какой-то. Мы пытались мировое соглашение подписать, обо всем договорились, подготовили документы, но Екатерина Викторовна в последний момент отказалась. Да и не так уж и бережно она хранила дом. Видите в прихожей темное пятно? Об это место сигареты гасили. Я все понимаю, я тоже курящий человек, но кем надо быть, чтобы о белую стену тушить бычки? Когда мое терпение лопнуло, я сказала, что курить здесь больше никто не будет. И ночевать больше не будет. Это музей, а не жилище».

Мистика круга

Министерство культуры РФ поставило точку в затянувшемся споре, издав приказ о создании Государственного музея Константина и Виктора Мельниковых. Фондохранилище и экспозиционные площади расположатся в отдельном помещении на Воздвиженке. Сейчас все условия, поставленные в завещании, соблюдены. Осталось закончить наследственное дело и установить размер денежной компенсации, которую получат внучки Константина Мельникова. У ценителей искусства наконец-то появился реальный шанс попасть в «дом-улей». Правда, до окончания научной реставрации, экскурсии будут проводиться в щадящем режиме. Каждый день музей будет принимать группу из пяти человек. Большего числа посетителей дом просто не выдержит.

Гости погружаются в мистическую атмосферу с постоянной сменой освещения и трансформацией пространств. Возникает ощущение, будто в доме есть углы, которых нет на самом деле. Виной тому — непривычно круглая форма стен и отсутствие прямых углов.

Елена Мельникова — внучка архитектора Константина Мельникова. Фото: Игорь Стомахин/Strana.ru. Strana.Ru
Елена Мельникова — внучка архитектора Константина Мельникова. Фото: Игорь Стомахин/Strana.ru

«Иногда я слышу, что в круглых помещениях не очень комфортно жить, — встречает первых счастливчиков куратор музея Елена Мельникова. — А мне кажется, наоборот. Это квадратные помещения собирают негатив, а круглые концентрируют положительную энергию. Живя в обычной квартире с четырьмя стенами, вы рано или поздно устаете. Хотя бы от того, что из углов надо все выметать, вычищать. Вы стремитесь изменить пространство, что-то придумываете за счет перестановки мебели, перевешивания картин, сглаживания выступов. А в круглом помещении человек чувствует себя комфортно. В детстве мы очень любили лежать на ковре, который дедушка привез из Парижа. Ложишься на спину, руки за голову и смотришь на потолок. Очень расслабляет! Что касается мистики, то она здесь, конечно, присутствует. Однажды мой отец Виктор Константинович шел укладываться спать. В тот момент я разбирала вещи для стирки и позвала его, чтобы о чем-то спросить. Он заходит в ванную — и в этот момент раздается жуткий грохот. Оказалось, с потолка на кровать свалился тяжеленный кусок штукатурки. Это был кошмар! Папу могло убить, и только случайность спасла его».

Сад в центре Москвы

В столовой на первом этаже гостей встречают картины на стенах, икона в красном углу и массивный стол, покрытый белой скатертью. «Этот стол мы называли „сороконожкой“, — вспоминает Елена Мельникова. — За ним собиралась вся семья, его раскладывали к приходу гостей, которые часто у нас бывали. Можно было усадить множество народу. Правда, от него куда-то задевались вкладки, и стол уже не раздвигается».

На втором этаже — гостиная с огромным окном, фикусы в кадках, книжные полки, рабочий стол. Здесь принимали друзей, общались, играли в шахматы, музицировали. Гостиная переходит в спальню с золотистыми «венецианскими» стенами, разгороженными ширмами, как в традиционном японском доме. «Во время войны дедушка своими руками сложил вот эту печь, — указывает Елена Викторовна на ступенчатую башенку из кирпичей. — Она работала вне зависимости от системы отопления, спроектированной при строительстве дома. У нас в подвале был угольный калорифер. Теплый воздух поступал в помещения по решеткам из труб. Но для калорифера требовалось много угля, а печку можно было в любой момент подтопить небольшим количеством дров».

Мастерская, в которой работал Виктор Мельников, находится на третьем этаже. При естественном свете, проходящем сквозь фирменные шестиугольные окна, художник натягивал холсты и писал картины. Вдоль стен расставлены подрамники, на столе возвышается голова Аполлона. Под ногами пружинят и поскрипывают доски. Пол держался много лет, но расшатался и «поплыл», когда на Арбате стали копать котлован для строительства многоэтажного здания.

Мастерская Константина и Виктора Мельниковых. Фото: Игорь Стомахин/Strana.ru. Strana.Ru
Мастерская Константина и Виктора Мельниковых. Фото: Игорь Стомахин/Strana.ru

Спустившись во двор, Елена Викторовна продолжает рассказ: «Раньше у нас на участке был большой сад. При постройке дома дедушка посадил две березы и пять кустов сирени. Вдоль боковых заборов тянулась желтая акация. В какой-то период был огород с огурцами, плодоносила красная и белая смородина. Яблони как-то сами собой выросли. Даже виноград был — по стенам вилась лоза. А за домом стояли два огромных тополя. Но поскольку тополя со временем гниют, дедушка их спилил. Был риск, что деревья упадут и раздавят дом.

Конечно, я бы хотела восстановить все как было. Включая грунтовую отмостку, проходившую вокруг дома. Цветы и трава, что росли сверху, поглощали всю воду, поэтому на стенах никогда не было ни брызг, ни грязи. Я в этом доме выросла. Жила долгое время с дедом и отцом. Для меня это память. Я хочу только одного — чтобы дом был доступен всем, а не избранным».

Как попасть в музей Константина и Виктора Мельниковых

Группы формируются в порядке живой очереди по телефону: 8 (495) 697-80-37 c 11 до 17 часов в рабочие дни. Забронированные билеты выкупаются по удостоверению личности в кассах Музея архитектуры им. А.В. Щусева. Экскурсия стоит 300 рублей и длится 1,5 часа. Место сбора группы — Кривоарбатский переулок, дом 10.
В ближайшее время для свободного доступа откроется двор Дома Мельникова. Можно будет пройти через калитку, обогнуть здание и сделать фотографии. В открытом доступе на сайте музея будут размещены творческие архивы Мельниковых — дневники, письма, наброски, архитектурные проекты.

Связанные места

в путеводителе

Rambler's Top100