Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Обратная связь

Все поля обязательны для заполнения

Грусть имущие

Зарайск: город-сон у стен самого маленького в России кремля

Прощай, Зарайск! Я уезжаю!
Увидел я твою красу.
И в памяти своей надолго сохраню
Твоих друзей, поля, Осетр-реку.

Странные стихи. Несоразмерные, неотрифмованные. Не укажи под ними: «Сергей Есенин. 1912 год», так и глаз не зацепится. А укажи, придется думать: что сподвигло поэта на столь краткие вирши, кроме его собственного на тот момент 17-летия? С другой стороны, чего там думать, — ехать надо. Туда, в Зарайск, на берега реки Осетр.

Эти места так же необычны, как и есенинский восклик. От Москвы всего 160 километров, а уже не столица — страна. В очень тихом и сонном ее проявлении. Кусочек слегка кособокой провинции, ничуть не лощеный и застревающий в памяти. Так бывает с чем-то или кем-то, что и кто лишено гламура, но имеет душу. Оно запоминается, а почему — и сам не знаешь. Есенинские стихи, кажется, держат именно такую ноту. Простую, чистую. Грустную.

У основанного на год раньше, чем случилось первое упоминание о Москве, Зарайска есть неперебиваемый, вечный козырь. Никогда уже в России не будет построено что-то, поименованное «самый маленький кремль в стране». И это бренд, требующий раскрутки. Многие ориентированные на туризм городки отдали бы за такую фишку деньги или, скажем, земельный надел. А Зарайск, владеющий самым маленьким российским кремлем, распоряжается им, словно семью буфетными слониками. Стоят себе на кружевной салфетке среди штофов — и пусть стоят. Кто захочет, поглядит.

Фото: Артем Мочалов. Strana.Ru
Фото: Артем Мочалов

Сам кирпичный кремль, выстроенный в 30-х годах XVI века, выметен и опрятен. Он действительно мал и мил, представляясь скорее двором за толстыми стенами. Угловые башни крыты почерневшим и кое-где проваленным деревом. По верху стен можно ходить, но только коллективно: ключ у экскурсовода. Внутри есть пространство вздохнуть, присесть, задуматься. И помолиться, конечно. Сколько у вас есть времени, столько на осмотр кремля и хватит. Пять минут? Вполне. Двадцать? В самый раз. Час? Уже многовато.

Внутри крепости два собора — Иоанно-Предтеченский, сооруженный в начале XX века, и куда более старый Никольский. На его месте когда-то стояла деревянная церковь. В ней был создан один из самых пронзительных рукописных памятников Руси: «Повесть о разорении Рязани Батыем». «О, земля, о, земля! О, дубравы. Поплачьте со мною! Как назову и как опишу день тот…».

Батый, подошедший к Рязани в ХIII веке, затребовал не только даров, но и красивую сноху местного князя Евпраксию. Ее муж Федор был убит при попытке выразить законное недоумение. Евпраксия с сыном сбросилась с терема. Рязанский князь Юрий в отчаянии поднял войско — и был Батыем зверски посечен. Чуть позже из недолгой отлучки воротился боярин Евпатий Коловрат. Ошалев от разгромленной Рязани, он с мизерным отрядом устремился за Батыем, нагнал, порубил массу захватчиков, но в итоге оказался раздавлен татаро-монгольской массой и пал героем. В общем, все умерли. А надгробье в память о Федоре и Евпраксии стоит как раз в зарайском кремле.

Войн вообще полно в упоминаниях о местной земле. Шесть раз в период с 1533 по 1591 год осаждали Зарайск крымские ханы Гиреи. И ни разу не взяли, за что аукнулось много лет спустя уже совсем не Гиреям. А вскоре городской воевода князь Дмитрий Пожарский разбил в Зарайске всех, кого надо разбить, и выдвинулся с войском на Москву. Вот они, корни-то, куда уходят.

Славное это место, Зарайск. Овеянное и само по себе волнительное. Встанешь рядом с кремлем на холме, кинешь взгляд на равнину. Целомудрие, тишь, река Осетр, куда, сказывают, заходила на нерест одноименная рыба. Да только нет уж в Осетре осетров. И Зарайск, кажется, не слишком нерестится в последние годы.

Прямо у кремля — полуразваленный посад. Набор зданий разных лет, вместивший в себя рынок, автостанцию, обвалившиеся стены с крышами, старух, торгующих за гроши сирыми цветками. От посада — улочки. На одной деревянный трактир приличного облика с незарайскими ценами. Остальное скромно до бедноты, непритязательно и карломарксово, если притянуть названия улочек.

В Зарайске 24 тысячи жителей и одна на всех сонность. По деревням окрест есть крепкие хозяйства, мужики на дороге продают винтажную картошку, выращенную в отборном навозе. Километрах в пятнадцати от города — усадьба Ф.М. Достоевского в деревне Даровое, дарившая, вероятно, писателю отдохновение от висбаденских и прочих казино.

Музей-усадьба Ф.М. Достоевского в деревне Даровое. Фото: Юрий Зобков/Фотобанк Лори. Strana.Ru
Музей-усадьба Ф.М. Достоевского в деревне Даровое. Фото: Юрий Зобков/Фотобанк Лори

Ну а все остальное-то где? Город-конфетка, выставляющий напоказ свою славу пусть не заработков ради, а гордости для, — он-то куда от нас спрятался? Кремль, источник на крутом берегу Осетра и водонапорная башня — все, на что сподобились потомки Коловрата и Пожарского? Здесь была остановлена 2-я танковая армия гитлеровской группы «Центр», — а разве по Зарайску это видно?

Весь он, кажется, для того и есть на свете, чтобы пылить по нему, останавливаться и думать: «Ну почему?» Город не отталкивает, не привлекает, не влюбляет, ни во что не рядится. Он просто существует. А мог бы жить. С его историей, с кровью и костями в седой земле, с удаленностью от больших дорог и, кажется, всего мира. Соседняя Коломна куда праздничнее и пряничнее. Маленький же Зарайск словно печаль невысохших от Батыя слез. Словно есенинские стихи или душа без оболочки. Словно что-то потерянное или давным-давно отложенное на потом.

Связанные места

в путеводителе

Rambler's Top100