Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Обратная связь

Все поля обязательны для заполнения

Любовь к отеческим домам

Кристофер Муравьев-Апостол. Родился в Бразилии, живет в Швейцарии. Отдал несколько миллионов долларов и пятнадцать лет жизни на историческую реставрацию семейной усадьбы в Москве. Зачем?!

Фамилия — Муравьев-Апостол. Имя — Кристофер. Родился в Бразилии, живет в Швейцарии. Представитель русского дворянского рода. Отдал несколько миллионов долларов и пятнадцать лет жизни на реставрацию семейной усадьбы в Москве. Зачем?!

Особняк на Старой Басманной Кристофер архитектурным шедевром не считает: обычный для своего времени дом дворянской интеллигенции конца XVIII — начала XIX веков. Приватизировать памятник архитектуры невозможно — даже оформить дом в аренду на 25 лет с правом продления удалось не сразу.

И все же дом реставрируется по самым высоким стандартам, с использованием исторически достоверных материалов и привлечением профессиональных реставраторов и историков.

На фоне московской (да и общероссийской) ситуации с памятниками архитектуры Кристофер со «своим» особняком выглядит «белой вороной». Но в Европе такие принципы реставрации уже давно возведены в ранг закона, и поступить иначе Кристоферу, пожалуй, воспитание не позволяет. «Два чувства дивно близки нам — в них обретает сердце пищу...»

Декабристы разбудили Кристофера

Кристофер — потомок Матвея Муравьева-Апостола, ссыльного декабриста. Родной язык Кристофера — португальский. Он вспоминает, как отец шутил: русский имеет смысл учить, только если хочешь стать космонавтом. Тем не менее, пока будущий меценат успешно овладевал английским, немецким и французским, бабушка потихоньку обучала внука и русскому. Сейчас в семье Муравьевых-Апостолов по-русски говорят все — даже теща Кристофера, швейцарка.

В 1991 году, по приглашению Раисы Горбачевой и Дмитрия Лихачева, представители дворянского рода Муравьевых-Апостолов приехали в Москву. Тогда в особняке располагался музей декабристов, но здание находилось в таком плачевном состоянии, что в том же 1991-м году экспозицию закрыли.

– Чему удивляться, — говорит Татьяна Макеева, директор дома-музея Муравьевых-Апостолов. — Тогда даже в Государственном историческом музее на Красной площади мыши бегали…

Мышей и трудностей бразилец Муравьев-Апостол не боялся. Визит в Россию произвел на него такое впечатление, что заставил перебраться в Европу: поближе к дому предков, который Кристофер твердо решил восстановить.

Реставрация началась в начале 1990-х. Но официально взять памятник архитектуры в аренду Муравьеву-Апостолу удалось лишь десять лет спустя: проект Кристофера понравился бывшему столичному градоначальнику Лужкову. Дом арендован на 25 лет с правом продления, но приватизировать его по-прежнему нельзя.

Мал особняк, да дорог

Иван Матвеевич Муравьев-Апостол, дипломат, переводчик и писатель, получил особняк в 1815 году в качестве приданого за своей второй женой. Годы, прожитые в этом доме, были самыми счастливыми для семьи. Часто собирались вместе, устраивали приемы и балы. После открытия музея эту традицию планируют возродить.

Окна цокольного этажа усадьбы находятся практически на уровне асфальта. Директор усадьбы говорит, когда реставрационные работы только начинались, это вообще был полуподвал. Сняли значительный слой земли, вернули дворовому фасаду первоначальные размеры. Чтобы избежать сырости и плесени, по всей длине провели дорогостоящие работы по гидроизоляции. Более добросовестного ухода усадьба не знала никогда.

– При вычинке кирпичных стен цоколя мы натыкались на пустоты, забитые скомканными газетами советского периода. Видимо, при прошлых ремонтах экономили на кирпичах, — высказывает предположение директор.

Во двор усадьбы Муравьевых-Апостолов можно попасть со стороны улицы Александра Лукьянова. Раньше эта узкая улочка называлась Бабушкиным переулком. Здесь стоит флигель, имеющий не меньшую историческую ценность, чем главное здание усадьбы: тут останавливались друзья и родственники хозяев, среди которых — поэт Константин Батюшков, близкий друг Ивана Муравьева-Апостола.

Внешний вид флигеля — живое напоминанием о том, во что могла превратиться вся усадьба, если бы не вмешательство Кристофера: стены флигеля украшают разномастные кондиционеры. В XVIII веке таких точно не делали.

– Как ни печально, но флигель, неотъемлемая часть усадебного ансамбля, нам не принадлежит, — поясняет Татьяна Макеева. — Дом заняла фирма, которая абсолютно не заботится о здании. Одна из стен уже пошла трещинами. Мы предлагали им помощь, но арендаторы лишь отмахиваются: «Чем быстрее дом разрушится, тем скорее здесь можно будет построить что-нибудь современное»…

Не переборщить с роскошью

Главные жилые помещения усадьбы Муравьевых-Апостолов располагаются на втором этаже. Здесь находятся бальный зал, две гостиные, спальня, кабинет. После завершения реставрации парадный, как его еще называют, этаж станет основной площадкой для экспозиции дома-музея.

Когда реставрационные работы закончатся, гости музея будут попадать внутрь по широкой парадной лестнице. Из расположенного над ней оконца, ведущего в бальный зал, как и три века назад будут доноситься звуки оркестра. Окошко предназначалось для дирижера, который внимательно следил за тем, кто заходит в усадьбу — и, в зависимости от статуса гостя, мгновенно подбирал подходящую мелодию.

Пока же парадный этаж заставлен не музейными экспонатами, а банками с краской. По деревянному полу, выполненному из ценных пород лиственницы, осторожно ходят строители в газетных панамах. Мастера думали положить дубовые полы, но дуб — темное дерево, а Кристоферу хотелось, чтобы в доме было светло. Паркетный пол будет только в главной анфиладе усадьбы. Особняк Муравьевых-Апостолов, несмотря на все регалии семьи, нельзя было назвать богатым, вот и сейчас руководство музея решило не перебарщивать с роскошью.
Посреди аккуратно покрашенной стены в одной из комнат оставлен незаретушированный фрагмент: дерево, дранка, несколько слоев обоев — свидетельство жизни дома за два с половиной столетия.

Фрагменты разных эпох<br>Фото: Евгений Птушка. Strana.Ru

Фрагменты разных эпох
Фото: Евгений Птушка

– В XVIII веке большинство зданий в Москве возводили из дерева, так как весь камень Петр I велел везти на строительство Петербурга. На бревенчатые стены наносили известковую штукатурку, чтобы в результате дом выглядел как каменный.

Обои на комнатной стене появились позже — возможно, во второй половине XIX века. Так что в одном строительном фрагменте разом представлены три эпохи. Новым слоем штукатурки «исторический» элемент решили не покрывать — аккуратно закроют стеклом и оставят для демонстрации.

На вопрос о точной сумме, уже потраченной на восстановление главного дома усадьбы и парадного двора, Татьяна Макеева после паузы отвечает: «Много миллионов. Долларов, разумеется…»

Новый век, новые правила

В усадьбе на Старой Басманной сохранились изразцовые печи. Но, согласно современному законодательству, использовать печное отопление в деревянном доме запрещено. Реставраторы предложили устроить в печах воздуховоды, использовать их для естественной вентиляции. Батареи же центрального отопления мастера установили в полу, под паркетом. Чтобы не портили картинку.

Цокольный этаж, подвал. Мрачные сводчатые помещения пахнут вековой сыростью. Здесь в середине XVIII века находился винный подвал. С потолков свисает паутина, какую встретишь только в фильме ужасов. В потолок вбиты чугунные крюки — по всей видимости, для окороков и колбас.

– Подвальные помещения тоже будут частью экспозиции. Возможно, мы будем проводить здесь дегустации. Какой же это русский дворянский дом, если в нем нет коллекции французских вин? — улыбается Татьяна Макеева.

Оставить многолетнюю копоть или убрать? Директор музея считает, лучше оставить. Были дискуссии и по поводу фигурной лепнины в гостиной: реставрационные фрагменты отличались своей белизной от потемневших старых фрагментов. Последнее слово в этих спорах всегда за Муравьевым-Апостолом.

Приглядываемся к тускло освещенной подвальной стене. На каждый кирпичик нанесена буква кириллического алфавита и цифра. Это клейма кирпичных мастеров, по ним можно определить возраст цоколя. Соседняя стенка на ощупь оказывается шершавой. Неужели подвалы тоже штукатурили?

– Это не штукатурка, а специальная обмазка. Ее готовили из творога, молока и известки. Однажды к нам приезжал архитектор из Италии, и я ему рассказала про эту обмазку, как про исконно русское изобретение. Он только усмехнулся: «Вы еще про «исконное изобретение» нашим итальянским мастерам расскажите, они этим рецептом до сих пор пользуются».

Дом, которому просто повезло

Усадьба носит имя Муравьевых-Апостолов, хотя особняк был продан хозяевами много лет назад. С 1840-х годов здесь находился приют для девочек. В начале XX века, когда столицу захлестнул бум строительства доходных домов, родилась идея старый особняк снести. Место и тогда было престижным: недалеко Кремль, рядом Елоховский собор и храм Никиты Мученика, прихожанами которого были Муравьевы-Апостолы. К счастью, план сноса здания так и не был реализован.

Реставраторам повезло — за все годы, что дом переходил из рук в руки, ни один из владельцев не делал перепланировку интерьеров, не рушил стены, не прорубал новые окна. Иначе вернуть зданию первозданный вид было бы невозможно: в архивах сохранились только планы внешнего облика. Интерьеры усадьбы восстанавливаются по аналогии с другими особняками конца XVIII — начала XIX веков.

Для реставрации дома используются только те материалы, которые применялись при строительстве и отделке интерьеров старых усадеб. Так, сгнившие сосновые бревна стен были заменены на крепкую, но отлежавшую долгий срок в лесу древесину. Штукатурка — известковая. Искусная лепнина — гипсовая. Время пощадило многие оригинальные барельефы в парадной спальне и гостиных. Те фрагменты, что сохранились хуже, реставраторы «докомпоновывают».

Колонны бального зала покрывают искусственным мрамором, который, по словам Татьяны Макеевой, стоит гораздо дороже, чем настоящий. Мода на искусственный мрамор пришла в Россию из Франции. Ее ввела императрица Жозефина, супруга Наполеона — ей очень нравилось, что камню можно придать любой цвет.

Многолетний труд десятков реставраторов, архитекторов и историков скоро смогут оценить все желающие: открытие дома-музея Муравьевых-Апостолов намечено на осень 2011 года.

Недоступным для посетителей останется лишь третий этаж — там будет находиться личная квартира Муравьевых-Апостолов. Впрочем, вряд ли семья Кристофера в ближайшее время переселится в московский особняк: недавно в семье мецената появились маленькие наследники, близнецы Александр и Дмитрий. Им еще рано отправляться в путешествие на историческую родину.

Связанные места

в путеводителе

Rambler's Top100