Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Войти / Зарегистрироваться

как пользователь «Страны»

как пользователь соцсетей

Сайт не сможет открыть доступ к вашим личным сообщениям и видеть пароль.

Обратная связь

Все поля обязательны для заполнения

Короткая вечная память

Бородино, 1812. Юбилейный ажиотаж сегодня заслоняет реальные истории захоронений героев Отечественной войны – Кутузова, Багратиона, Барклая-де-Толли.

Россия и Европа лихорадочно заканчивают последние приготовления к юбилею Отечественной войны 1812 года. В Москве Триумфальная арка на Кутузовском проспекте заросла реставрационными лесами; еще весной перед зрителями наконец предстала обновленная монументальная «Бородинская панорама» Франца Рубо; вот-вот откроется Музей Отечественной войны 1812 года. В Бородино царит паника: к главным торжествам не успевают отремонтировать Бородинский музей, а наплыв гостей со всего мира ожидается такой, что по численности это сопоставимо с армиями «битвы гигантов» — мест на трибунах и в окрестных гостиницах давно не осталось. По всей стране проходят юбилейные мероприятия, активно воссоздаются старые памятники, попутно появляются новые. Отечественные СМИ считают своим долгом организовать спецпроекты с заветными цифрами «1812» в названии. Биографии героев, карты сражений, разнообразный виртуальный «интерактив» в ближайшее время будут пользоваться бешеной популярностью. Инфоповод действительно мощный.

В эти дни кажется, что Россия никогда и не забывала своих героев. Но если копнуть глубже, буквально до могил, выяснится неприглядная правда: память у нас короткая. Александр Можаев в статье «До особого распоряжения» рассказал о раскопках массовых захоронений 1812 года на территории Бородинского музея-заповедника, а сегодняшний материал посвящен не менее грустной теме — истории захоронений героев Отечественной войны 1812 года.

Генерал-фельдмаршал Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов

«Хитрый лис» по аттестации Наполеона и «маститый страж страны державной» по Пушкину, Михаил Илларионович скончался в возрасте 67 лет — не на поле боя и не от ран, а от жестокой простуды. Случилось это печальное событие 16 апреля 1813 года в прусском городе Бунцлау, нынешнем Болеславце (Польша). Тело фельдмаршала было забальзамировано и доставлено в Казанский собор Санкт-Петербурга. В столице прах полководца встречали с почестями, каких заслуживал спаситель Отечества: в двух верстах от города из повозки с гробом выпрягли лошадей, и жители Петербурга несли гроб на руках. Прощание с фельдмаршалом продолжалось два дня, после чего тело Кутузова было захоронено в склепе в Казанском соборе.

Но вскоре поползли слухи, что в петербургской усыпальнице лежит «не весь Кутузов». Мол, часть останков фельдмаршала после бальзамирования сложили в цинковый гроб и захоронили на кладбище Тиллендорф, что в трех километрах от Бунцлау. Слухи, исходившие из неизвестных, но «авторитетных» источников, будоражили патриотическую общественность еще и потому, что речь шла не о каких-то неопределенных «частях», а о сердце полководца. В те времена раздельное захоронение останков действительно практиковалось.

С годами слухи укоренялись в общественном сознании и обрастали новыми подробностями. Появились свидетели, уверявшие, что Михаил Илларионович лично просил захоронить его сердце на прусской земле. Дошло до того, что в 1913 году, на 100-летнюю годовщину смерти фельдмаршала, Военно-историческое общество Москвы подняло вопрос о возвращении сердца Кутузова на родину. Легенда пережила Великую Отечественную войну и дошла до наших дней, перекочевав на форумы конспирологов.

Могила М.И. Кутузова. Германия. Бунцлау. 1945 г. Фото: moscowmuseums.ru. Strana.Ru

Могила М.И. Кутузова. Германия. Бунцлау. 1945 г. Фото: moscowmuseums.ru

Однако место захоронения сердца великого полководца было точно установлено почти 80 лет назад, в сугубо советском 1933 году. У чему строить домыслы, когда можно вскрыть могилу в научных целях, имея власть и полномочия? Вероятно, именно так рассуждал Первый секретарь Ленинградского обкома ВКП(б) товарищ Киров, лично отдавший приказ о вскрытии склепа.

Из акта о вскрытии могилы М.И.Кутузова от 4 сентября 1933 года:

«АКТ. Ленинград, 1933 год, сентября 4 дня. Комиссия в составе: директора Музея Истории Религии Академии Наук СССР — профессора Богораз-Тана В.Т., ученого секретаря музея Баканова В.Л., заведующего фондами музея Воронцова К.Ф. в присутствии представителя от ПП ОГПУ т. Бараздина П.Я. составили настоящий акт о нижеследующем:

Вскрыт склеп, в котором захоронен Кутузов М.И.. Склеп находился в подвальном помещении музея. По вскрытии склепа обнаружен сосновый гроб (обтянутый красным бархатом с золотым позументом), в котором оказался цинковый гроб, завинченный болтами, внутри которого обнаружен костяк с остатками сгнившей материи. Слева в головах обнаружена серебряная банка, в которой находится набальзамированное сердце. Весь процесс вскрытия был зафотографирован — было произведено 5 снимков. Настоящий акт составлен в 2-х экземплярах».

Так Сергей Миронович решил «важнейший научный вопрос: где захоронено сердце Кутузова». Но тут же родился новый слух: мол, свой приказ Киров дополнил предложением «пошарить кругом, и если там окажутся ордена и регалии фельдмаршала, то их изъять». Ни орденов, ни маршальского жезла при истлевших останках не оказалось. Однако следующая история показывает, что порой могилы героев 1812 года вскрывали именно с целью «пошарить» в них, без всякой идеологической подоплеки.

Генерал от инфантерии Петр Иванович Багратион

Покой Михаила Илларионовича Кутузова был нарушен, но над останками светлейшего князя хотя бы не глумились. Багратиону повезло куда меньше.

В 1839 году на Курганной высоте — ее чаще называют батареей Раевского на Бородинском поле — был воздвигнут самый известный памятник, посвященный событиям 1812 года: Главный монумент на батарее Раевского, первый из шестнадцати задуманных памятников. Рядом с монументом торжественно перезахоронили прах генерала Багратиона. Петр Иванович был смертельно ранен в Бородинском сражении и скончался в сентябре 1812 года в селе Симы Владимирской губернии. Перезахоронение произвели по ходатайству другого героя 1812 года — Дениса Давыдова, поэта и воина, почти шесть лет служившего адъютантом Багратиона.

Памятник-часовня и могила славного генерала соседствовали меньше столетия. «Памятник не имеет историко-архитектурного и художественного значения», постановили большевики в 1932 году. Монумент на батарее Раевского взорвали, куски чугуна, из которого был отлит памятник, пустили на промышленные нужды молодой страны Советов. Заодно вскрыли и разграбили могилу Багратиона, приспешника прогнившего царизма. Кости полководца многие годы валялись — иного слова не подобрать — среди мусора и обломков старого памятника.

Современные туристы, фотографирующиеся возле Главного монумента на батарее Раевского и у могилы Багратиона, не подозревают, что оба памятника не подлинные. Сначала было восстановлено место захоронения генерала (по сути, это кенотаф, плита над пустой могилой) — в 1962 году, через 30 лет после разрушения. Немного странно, что это не произошло раньше — вспомните, как называлась одна из крупнейших военных операций за всю историю человечества, Белорусская наступательная 1944 года. Сталин прекрасно помнил о своем соплеменнике, грузинском князе и российском полководце, однако оскверненную могилу Багратиона начали восстанавливать годы спустя после смерти «вождя народов».

В 1962 году, во время восстановительных работ, сотрудники Бородинского музея-заповедника обнаружили человеческие кости среди обломков взорванного памятника. Все, что удалось найти, сложили в капсулу и отправили на хранение в музей. Останки полководца были преданы земле только в 1987-м. В том же году был восстановлен Главный монумент на батарее Раевского. Церемония прошла скромно, без торжественных почестей.

Генерал-лейтенант Иван Семенович Дорохов

Очень похожая история произошла по соседству с селом Бородино, в Верее. Памятник генералу Дорохову, освободившему Верею от французов, был уничтожен, могила героя осквернена и разграблена. Уничтожение царских памятников — явление для советского периода почти рядовое, однако эту историю контекст делает особенно горькой.

В дореволюционной Верее почитание Дорохова было почти культом. 28 сентября 1812 года гусарский генерал с «отрядом в 1300 штыков, сабель и пик» выбил французов из Вереи быстро и с минимальными потерями. Это была первая существенная победа русских войск после оставления Москвы. За верейскую операцию император Александр I наградил Дорохова золотой саблей, украшенной драгоценными камнями, с надписью на рукоятке «За освобождение Вереи».

Под Малоярославцем генерал-лейтенант был ранен навылет в пятку — ранение для того времени неизлечимое, вынудившее Дорохова оставить службу. Ахилл Малоярославецкого сражения мучился от раны еще три года. Писал верейцам: «Если Вы слышали, почтенные соотичи, о генерале Дорохове, который освободил Ваш город от врага Отечества нашего, то я ожидаю от Вас в воздаяние дать мне три аршина земли для вечного моего успокоения при той церкви, где я взял штурмом укрепление неприятеля…».

После смерти тело Дорохова доставили в Верею, где он был с почестями похоронен в подклете Рождественского собора. В 1912 году, в преддверии 100-летнего юбилея Отечественной войны, жители Вереи начали сбор пожертвований на строительство памятника Дорохову. Деньги собирали всем миром, памятник открыли только в 1913 году — с опозданием, зато к 300-летию дома Романовых. На открытии присутствовали члены императорской семьи.

Простоял памятник недолго. В августе 1918 года революционные солдаты, отбывавшие на борьбу с белочехами, на митинге постановили памятник царскому генералу снести. Что тут же и было исполнено. Скорее всего, обстреливали и разбивали памятник примерно те же люди, которые чуть более пяти лет назад собирали на него деньги.

После митинга солдаты отправились в Рождественский собор и вскрыли саркофаг с останками генерал-лейтенанта. Над телом фактически надругались, оторвали сохранившиеся на истлевшем мундире золотые эполеты, а кости героя выкинули в овраг. По городской легенде, сердобольная женщина собрала их и прикопала в неприметном углу церкви.

На опустевший постамент водрузили гипсовую голову Карла Маркса, под ней выбили фразу из «Манифеста»: «Рабочим нечего терять кроме своих цепей, а завоюют весь мир» (буквы сохранились до сегодняшнего дня). В 1941 году ударной волной от разрыва немецкого снаряда гипсовую голову разнесло на куски.

После войны (видимо, на патриотическом подъеме) Маркса восстанавливать не стали. Поставили обелиск с надписью «В память Отечественной войны 1812 года». А в 1957 году на постамент вернулся герой Вереи, генерал-лейтенант императорской армии Иван Семенович Дорохов. Автор нового памятника Сергей Семенович Алешин воссоздал оригинал с небольшими авторскими изменениями.

В 1987 году в подклете Рождественского собора рабочие нашли среди мусора несколько костей, эфес сабли, каблук и фрагменты старинного гроба. Все, что осталось от героя Вереи — от героя Отечества. В 1999 году, в присутствии местных жителей и представителей казачества, останки Дорохова перезахоронили на старом месте в воссозданном чугунном саркофаге.

Генерал-фельдмаршал Михаил Богданович Барклай-де-Толли

Сердце полного кавалера ордена Святого Георгия, литовского шотландца Барклая-де-Толли, тоже лежит в русской земле.

Скончался Михаил Богданович (Михаэль-Андреас) скоропостижно. В 1818 году отправился в Карлсбад поправлять здоровье; по дороге, испытывая сильное недомогание, остановился на мызе Штилитцен, в шести верстах от восточнопрусского города Инстербурга (ныне это Черняховск Калининградской области), и в одночасье умер. Тело забальзамировали и отвезли в родовую усыпальницу, в имение Бекгоф на территории современной Эстонии, а сердце захоронили на небольшом возвышении в трехстах метрах от мызы.

В 1821 году там, где это сердце перестало биться, установили обелиск с надписями на русском и немецком языке: «Достойному полководцу, проложившему себе стезю славы мужеством и храбростью во многих боях…» Из Шотландии, где с XI века жил род Барклаев, привезли 24 липы — они образовали ведущую к обелиску аллею. Местные жители-немцы памятник почитали и содержали «в надлежащем порядке». В начале Первой мировой войны, в сентябре 1914 года, у обелиска собирались провести парад русских войск, но из-за изменения фронтовой ситуации от идеи отказались.

…Монумент генералу-фельдмаршалу Барклаю-де-Толли в Черняховске пережил и советское время, и непростые девяностые. А в августе 2011 года вандалы сломали ограду чугунного монумента и разбили одну из плит. Нашли преступника быстро: в ближайшем пункте приема металлолома за «обломки истории» разрушитель выручил 2600 рублей.

Оскверненный  памятник Барклаю-де-Толли. Фото: Вести.ru. Strana.Ru

Оскверненный памятник Барклаю-де-Толли. Фото: Вести.ru

Монумент не просто разбили, под ним пытались и копать. Видимо, разрушители искали серебряный сосуд с сердцем полководца. Не нашли. Администрация Черняховского муниципалитета, кстати, планирует поручить поиск археологам. До сих пор нет покоя сердцу Барклая — трагического героя, которого и армия, и общество осуждали за отступление перед Наполеоном в начале войны. «Немцу» не доверяли. До Бородинской битвы даже собственные войска отказывались приветствовать Барклая, считая его главным виновником поражений. «Как часто мимо вас проходит человек, Над кем ругается слепой и буйный век…»

Генерал-лейтенант Денис Алексеевич Давыдов

История могилы партизана, гусара и поэта Дениса Давыдова выглядит на этом фоне более чем благополучно. Надгробие и саркофаг советские власти поддерживали в идеальном состоянии, а в 1955 году над могилой установили бюст Давыдова работы скульптора Рудакова.

По мнению товарища Сталина (а с ним согласилось подавляющее большинство советских историков), Денис Давыдов был зачинателем партизанского движения в Отечественной войне 1812 года. Вождь народов проигнорировал тот факт, что еще до Бородинской битвы Барклай-де-Толли организовал летучий партизанский отряд, командовал которым генерал от кавалерии Фердинанд Винцингероде. Ни ганзейский немец с норманнскими корнями, ни австрийский граф на роль героев-партизан не подходили по политическим причинам. У Давыдова же был отличный послужной список, впечатляющая внешность и простая русская фамилия.

В тридцатых годах на Новодевичьем кладбище начали сносить старые надгробия. Могильные камни бульдозером сдвигали вглубь монастырской территории и заравнивали землей. Всего было «передвинуто» больше трех тысяч надгробий.

Захоронений у входа в Смоленский собор этот процесс не коснулся, и саркофаг Дениса Давыдова остался в неприкосновенности. Другим «рядовым» участникам войны 1812 года повезло меньше: под ковш бульдозера попали могилы исторического романиста Михаила Николаевича Загоскина, писателя Ивана Ивановича Лажечникова, генерал-майора Михаила Федоровича Орлова…

Позже старые могилы решили восстановить. Чтобы вернуть надгробия на исторические места, подняли монастырские планы кладбища. Чертежи оказались не слишком точными, так что памятники расставили «на глазок». Попали не везде, а кое-где даже перетасовали детали могильных памятников. Память и тут оказалась короткой...

***

Миллионы рублей на реставрацию памятников, масштабные телепроекты, вереницы статей в печати и в сети. Герои Бородинской битвы упоминаются сегодня в СМИ не реже, чем первые лица государства — победа русского оружия, даже и двухсотлетней давности, всегда хороша для патриотической идеи. Особенно когда о ней не забывают сразу после юбилея.

Связанные места

в путеводителе

Связанные материалы

Rambler's Top100